Про­чти­те от­ры­вок из ис­то­ри­че­ско­го ис­точ­ни­ка и крат­ко от­веть­те на во­прос(-⁠ы). От­ве­ты пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние ин­фор­ма­ции из ис­точ­ни­ка, а также при­ме­не­ние ис­то­ри­че­ских зна­ний по курсу ис­то­рии со­от­вет­ству­ю­ще­го пе­ри­о­да.

Из пись­ма со­вет­ско­го пи­са­те­ля в Пра­ви­тель­ство СССР (пись­мо да­ти­ро­ва­но 1930 г.):

«...Борь­ба с цен­зу­рой, какая бы она ни была и при какой бы вла­сти она ни су­ще­ство­ва­ла  — мой пи­са­тель­ский долг, так же как и при­зы­вы к сво­бо­де пе­ча­ти... Вот одна из черт моего твор­че­ства, и ее одной со­вер­шен­но до­ста­точ­но, чтобы мои про­из­ве­де­ния не су­ще­ство­ва­ли в СССР. Но с пер­вой чер­той в связи все осталь­ные, вы­сту­па­ю­щие в моих са­ти­ри­че­ских по­ве­стях: чер­ные и ми­сти­че­ские крас­ки... в ко­то­рых изоб­ра­же­ны бес-чис­лен­ные урод­ства на­ше­го быта, яд, ко­то­рым про­пи­тан мой язык, глу­бо­кий скеп­ти­цизм в от­но­ше­нии ре­во­лю­ци­он­но­го про­цес­са, про­ис­хо­див­ше­го в моей от­ста­лой стра­не... И, на­ко­нец, по­след­ние мои черты в по­губ­лен­ных пье­сах «Дни Тур­би­ных», «Бег» и в ро­ма­не «Белая гвар­дия»: упор­ное изоб­ра­же­ние рус­ской ин­тел­ли­ген­ции как луч­ше­го слоя в нашей стра­не. В част­но­сти, изоб­ра­же­ние ин­тел­ли­гент­ско-дво­рян­ской семьи, волею не­пре­лож­ной ис­то­ри­че­ской судь­бы бро­шен­ной в годы граж­дан­ской войны в ла­герь белой гвар­дии, в тра­ди­ци­ях «Войны и мира»... Но та­ко­го рода изоб­ра­же­ния при­во­дят к тому, что автор их в СССР, на­рав­не со сво­и­ми ге­ро­я­ми, по­лу­ча­ет  — не­смот­ря на свои уси­лия стать бес­страст­но над крас­ны­ми и бе­лы­ми  — ат­те­стат бе­ло­гвар­дей­ца-врага, по­лу­чив его, как вся­кий по­ни­ма­ет, может счи­тать себя кон­че­ным че­ло­ве­ком в СССР...»