Уста­но­ви­те со­от­вет­ствие между фраг­мен­та­ми ис­то­ри­че­ских ис­точ­ни­ков и их крат­ки­ми ха­рак­те­ри­сти­ка­ми: к каж­до­му фраг­мен­ту, обо­зна­чен­но­му бук­вой, под­бе­ри­те по две со­от­вет­ству­ю­щие ха­рак­те­ри­сти­ки, обо­зна­чен­ные циф­ра­ми.

А)  «После того как Иван умерт­вил или по­те­рял сво­е­го сына, он стал пре­да­вать­ся же­сто­ко­стям ещё боль­ше, чем пре­жде, и его ти­ра­ния была столь ужас­на, что ни­ко­му из людей ещё не до­ве­лось слы­шать; го­во­рят, он впал в от­ча­я­ние после смер­ти сына сво­е­го Ивана, так что, ка­за­лось, им ру­ко­во­ди­ли сами фурии. Когда он на­де­вал крас­ное  — он про­ли­вал кровь, чёрное  — тогда бед­ствие и горе пре­сле­до­ва­ли всех: бро­са­ли в воду, ду­ши­ли и гра­би­ли людей; а когда он был в белом  —по­всю­ду ве­се­ли­лись, но не так, как по­до­ба­ет чест­ным хри­сти­а­нам.

Го­во­рят, что царь воз­на­ме­рил­ся опу­сто­шить всю стра­ну и ис­тре­бить свой народ, так как знал, что ему оста­лось не­дол­го жить, и по­ла­гал, что все будут ра­до­вать­ся его смер­ти, хотя ни на ком не мог этого за­ме­тить; од­на­ко он умер ранее, чем пред­по­ла­гал; день ото дня ста­но­вясь всё сла­бее и сла­бее, он впал в тяж­кую бо­лезнь, хотя опас­но­сти ещё не было за­мет­но; и, го­во­рят, один из вель­мож, Бог­дан Вель­ский, быв­ший у него в ми­ло­сти, подал ему про­пи­сан­ное док­то­ром Иога­ном Эй­ло­фом питьё, бро­сив в него яд в то время, когда под­но­сил царю, от­че­го он вско­ро­сти умер; так ли это было, из­вест­но од­но­му Богу, верно толь­ко то, что вско­ре царь умер».

Б)  «За­хва­чен­ный все­це­ло сна­ча­ла идеей нис­про­вер­же­ния ев­ро­пей­ско­го ти­ра­на На­по­лео­на, а затем ловко увле­чен­ный Мет­тер­ни­хом мыс­лью ис­ко­ре­нить в Ев­ро­пе ре­во­лю­ци­он­ные идеи, [им­пе­ра­тор] на­дол­го увле­ка­ет­ся ролью ев­ро­пей­ско­го ар­бит­ра, на­все­гда от­вле­ка­ясь от своих преж­них свет­лых иде­а­лов в деле пе­ре­строй­ки соб­ствен­но­го го­су­дар­ства. Бремя внут­рен­не­го прав­ле­ния ста­но­ви­лось при этих усло­ви­ях для него все тя­же­лее и не­вы­но­си­мее. Яви­лась не­об­хо­ди­мость часть этого бре­ме­ни пе­ре­ло­жить на до­ве­рен­но­го и бли­жай­ше­го сво­е­го по­мощ­ни­ка <...>.

Таким из­бран­ни­ком ока­зал­ся граф Арак­че­ев, став­ший к концу цар­ство­ва­ния [им­пе­ра­то­ра] не­огра­ни­чен­ным, бес­кон­троль­ным пра­ви­те­лем всего го­су­дар­ства, един­ствен­ным до­клад­чи­ком по всем делам прав­ле­ния <...>».

1)  Пра­ви­тель, речь о ко­то­ром идет в до­ку­мен­те носил титул им­пе­ра­то­ра.

2)  Пра­ви­тель, речь о ко­то­ром идет в до­ку­мен­те был по­след­ним пред­ста­ви­те­лем этой ди­на­стии на рос­сий­ском пре­сто­ле.

3)  Пра­ви­тель, речь о ко­то­ром идет в до­ку­мен­те про­ти­во­дей­ство­вал вве­де­нию в стра­не во­ен­ных по­се­ле­ний.

4)  При дан­ном пра­ви­те­ле в со­став Рос­сии вошли Ка­зань и Аст­ра­хань.

5)  Этот пра­ви­тель при­влек к про­ве­де­нию ре­форм М. М. Спе­ран­ско­го.

6)  В на­ча­ле его прав­ле­ния боль­шую роль играл кру­жок еди­но­мыш­лен­ни­ков – Из­бран­ная Рада.