Про­чти­те от­ры­вок из по­ли­ти­че­ской речи и ука­жи­те фа­ми­лию ав­то­ра.

«Какая, гос­по­да, раз­ни­ца, те­перь, на 27-м ме­ся­це войны, раз­ни­ца, ко­то­рую осо­бен­но за­ме­чаю я, про­вед­ший не­сколь­ко ме­ся­цев этого вре­ме­ни за гра­ни­цей. Мы те­перь перед но­вы­ми труд­но­стя­ми, и труд­но­сти эти не менее слож­ны и серьёзны, не менее глу­бо­ки, чем те, перед ко­то­ры­ми мы сто­я­ли вес­ной про­шло­го года. Пра­ви­тель­ству по­на­до­би­лись ге­ро­и­че­ские сред­ства для того, чтобы бо­роть­ся с общим рас­строй­ством на­род­но­го хо­зяй­ства. Мы сами те же, что пре­жде. Мы те же на 27-м ме­ся­це войны,

ка­ки­ми были на 10-м и ка­ки­ми были на пер­вом. Мы по-преж­не­му стре­мим­ся к пол­ной по­бе­де, по-преж­не­му го­то­вы нести не­об­хо­ди­мые жерт­вы и по-преж­не­му хотим под­дер­жи­вать на­ци­о­наль­ное еди­не­ние. Но я скажу от­кры­то: есть раз­ни­ца в по­ло­же­нии. Мы по­те­ря­ли веру в то, что эта власть может нас при­ве­сти к по­бе­де... (го­ло­са: "Верно"), ибо по от­но­ше­нию к этой вла­сти и по­пыт­ки ис­прав­ле­ния, и по­пыт­ки улуч­ше­ния, ко­то­рые мы тут пред­при­ни­ма­ли, не ока­за­лись удач­ны­ми.

Когда вы целый год ждете вы­ступ­ле­ния Ру­мы­нии, на­ста­и­ва­е­те на этом вы­ступ­ле­нии, а в ре­ши­тель­ную ми­ну­ту у вас не ока­зы­ва­ет­ся ни войск, ни воз­мож­но­сти быст­ро под­во­зить их по един­ствен­ной уз­ко­ко­лей­ной до­ро­ге, и, таким об­ра­зом, вы ещё раз упус­ка­е­те бла­го­при­ят­ный мо­мент на­не­сти ре­ши­тель­ный удар на Бал­ка­нах, – как вы на­зо­ве­те это: глу­по­стью или из­ме­ной? (го­ло­са слева: "Одно и то же"). Когда, во­пре­ки нашим не­од­но­крат­ным на­ста­и­ва­ни­ям (…) на­ме­рен­но тор­мо­зит­ся дело, и по­пыт­ка ум­но­го и чест­но­го ми­ни­стра ре­шить, хотя бы в по­след­нюю ми­ну­ту, во­прос в бла­го­при­ят­ном смыс­ле кон­ча­ет­ся ухо­дом этого ми­ни­стра и новой от­сроч­кой, а враг наш, на­ко­нец, поль­зу­ет­ся нашим про­мед­ле­ни­ем, – то это: глу­пость или из­ме­на? (го­ло­са слева: "Из­ме­на"). Вы­би­рай­те любое. По­след­ствия те же».