Про­чти­те от­ры­вок из ис­то­ри­че­ско­го ис­точ­ни­ка и крат­ко от­веть­те на во­прос(-⁠ы). От­ве­ты пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние ин­фор­ма­ции из ис­точ­ни­ка, а также при­ме­не­ние ис­то­ри­че­ских зна­ний по курсу ис­то­рии со­от­вет­ству­ю­ще­го пе­ри­о­да.

Из сви­де­тель­ства ино­зем­цев:

«В вос­кре­се­нье после дня св. Ни­ко­лая решил ве­ли­кий князь по свой­ствен­ной ему по­до­зри­тель­но­сти, либо по дья­воль­ско­му на­ва­жде­нию и ти­ран­ско­му сво­е­му обык­но­ве­нию, со­об­щить всем ду­хов­ным и свет­ским чинам сле­ду­ю­щее: он хо­ро­шо знает и имеет опре­делённые из­ве­стия, что они не же­ла­ют тер­петь ни его, ни его на­след­ни­ков, по­ку­ша­ют­ся на его здо­ро­вье и жизнь и хотят пе­ре­дать рус­ское го­су­дар­ство чу­же­зем­но­му гос­под­ству, по­се­му решил он вы­звать их к себе и пе­ре­дать им своё прав­ле­ние. После этого сло­жил он с себя в боль­шой па­ла­те цар­скую ко­ро­ну, жезл н цар­ское об­ла­че­ние в при­сут­ствии пред­ста­ви­те­лей всех чинов... Че­тыр­на­дцать дней спу­стя после этих со­бы­тий при­ка­зал он всем ду­хов­ным и свет­ским чинам

явить­ся в де­вять часов в цер­ковь Бо­го­ро­ди­цы... А между тем его при­служ­ни­ки, двор­цо­вая че­лядь, вы­вез­ли на пло­щадь все его со­кро­ви­ща и го­то­вые в путь обозы, и, когда кон­чи­лась служ­ба, ве­ли­кий князь вышел из церк­ви... Затем он сел в сани и взял к себе своих сы­но­вей... Он в тот же день при­был в село Ко­ло­мен­ское... Там его за­ста­ла рас­пу­ти­ца, так что он дол­жен был оста­вать­ся там де­сять дней. Когда же по­го­да из­ме­ни­лась, по­ехал он со­глас­но сво­е­му ре­ше­нию в Алек­сан­дров­скую сло­бо­ду...

На это пишут ему мит­ро­по­лит и пред­ста­ви­те­ли со­сло­вий: «С опе­ча­лен­ным серд­цем и ве­ли­кой не­охо­той слы­шат они от их ве­ли­ко­го и до­стой­но­го вся­кой по­хва­лы гос­по­ди­на, что на них пала его цар­ская не­ми­лость н осо­бен­но, что он остав­ля­ет своё цар­ство... И они молят и про­сят его, может быть, он при­ду­ма­ет что-ни­будь дру­гое. Слу­ча­лось пре­жде, что го­су­дар­ство было по­ко­ре­но вра­гом, и не­счаст­ный слу­чай остав­лял это го­су­дар­ство без го­су­да­ря, но чтобы мо­гу­ще­ствен­ный го­су­дарь безо вся­кой

не­об­хо­ди­мо­сти оста­вил бы вер­ных своих людей и мо­гу­ще­ствен­ное кня­же­ство,  — об этом не толь­ко никто не слы­хал, но и не читал. Если он дей­стви­тель­но знает, что есть из­мен­ни­ки, пусть объ­явит их, назовёт их имена; и они долж­ны быть го­то­вы от­ве­чать за свою вину; ибо он, го­су­дарь, имеет право и силу стро­жай­ше на­ка­зы­вать и каз­нить. И если ве­ли­кий князь охот­но со­гла­сит­ся с этим, они были бы счаст­ли­вы пе­ре­дать себя в его пол­ное рас­по­ря­же­ние».

На это ве­ли­кий князь от­ве­тил: «Хотя он и решил ни­ко­го из них не пус­кать к себе, тем не менее он со­гла­сен на то, чтобы мит­ро­по­лит, ар­хи­епи­скоп Нов­го­род­ский, епи­скоп Суз­даль­ский, игу­мен Тро­иц­кий, князь Бель­ский, князь Иван Мсти­слав­ский, дьяк Иван Вис­ко­ва­тый и Ан­дрей Ва­си­лье­вич, как можно ско­рее, яви­лись к нему».

[Ве­ли­кий князь] по­звал он их всех к себе и сам устно пе­ре­дал им сле­ду­ю­щий ответ: даёт он себя упро­сить воз­вра­тить­ся в Моск­ву, но на сле­ду­ю­щих усло­ви­ях: он дол­жен учре­дить своих осо­бых людей, со­ве­ты, двор, то, что он на­зы­ва­ет оприч­ни­ной».