Из за­пи­сок участ­ни­ка со­бы­тий.

«Ко­роль поль­ский умер в фев­ра­ле <...> года и был по­хо­ро­нен ве­ли­ко­леп­но, но были и дру­гие по­хо­ро­ны, ко­то­рые на­пол­ни­ли го­ре­стью все серд­ца. Ве­ли­кий ____________, герой на­род­ный, вождь в пол­ном зна­че­нии слова не­по­бе­ди­мый, ко­то­ро­го сла­вою гор­дит­ся каж­дый рус­ский, скон­чал­ся в Пе­тер­бур­ге. В кор­пу­се сле­до­ва­ли за всеми его по­бе­да­ми, за всеми по­дви­га­ми в по­след­нюю его Ита­льян­скую кам­па­нию, и нам с ка­фед­ры про­воз­гла­ша­ли о чуд­ных делах при Треб­бии, при Нови, при пе­ре­хо­де чрез Альпы! Ка­де­ты были вос­пла­ме­не­ны его сла­вою и за­ви­до­ва­ли уча­сти тех, ко­то­рые могли уме­реть с ору­жи­ем в руках в гла­зах героя. Мы ожи­да­ли, что он на­ве­стит кор­пус, что мы уви­дим наш идеал, и узна­ли, что он при­е­хал боль­ной, из­не­мо­жен­ный, упав­ший духом. Го­ресть была общая, и весть о смер­ти _________ встре­во­жи­ла сто­ли­цу. Пла­ка­ли и гром­ко жа­ло­ва­лись!.. В день по­хо­рон, когда пе­чаль­ная ко­лес­ни­ца про­ез­жа­ла по Нев­ско­му про­спек­ту при мно­го­чис­лен­ном сте­че­нии на­ро­да, го­су­дарь при­е­хал вер­хом из Ми­хай­лов­ско­го двор­ца, оста­но­вил­ся на углу Са­до­вой, и, когда гроб по­рав­нял­ся с ним, снял шляпу и уехал. Им­пе­ра­тор не­сколь­ко раз по­се­щал кор­пус и был чрез­вы­чай­но лас­ков с ка­де­та­ми, осо­бен­но с ма­ло­лет­ни­ми, поз­во­ляя им мно­гие воль­но­сти в своём при­сут­ствии.

12 марта, едва про­би­ли утрен­нюю зорю, вдруг на­ча­ли бить сбор. Де­жур­ный офи­цер вбе­жал опро­ме­тью в роту и за­кри­чал: “Вста­вать и оде­вать­ся! Бери аму­ни­цию и ружья и строй­ся!” Пошла су­ма­то­ха. Мы никак не могли до­га­дать­ся, что бы это зна­чи­ло, по­то­му что этого ни­ко­гда не бы­ва­ло. На­ко­нец явил­ся свя­щен­ник в пол­ном об­ла­че­нии, и мы при­сяг­ну­ли но­во­му им­пе­ра­то­ру! Тут толь­ко узна­ли мы, что го­су­дарь скон­чал­ся в ночи с 11 на 12 марта! Ка­де­ты лю­би­ли по­кой­но­го го­су­да­ря, и мно­гие из нас за­пла­ка­ли. На­ча­лась новая эпоха, новая жизнь для всей Рос­сии, но во внут­рен­нем устрой­стве кор­пу­са весь­ма мало было пе­ре­мен до моего вы­пус­ка».

От­ве­ты пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние ин­фор­ма­ции из ис­точ­ни­ка, а также при­ме­не­ние ис­то­ри­че­ских зна­ний по курсу ис­то­рии со­от­вет­ству­ю­ще­го пе­ри­о­да.

Из гра­мо­ты.

«Бо­жи­ею ми­ло­стию мы, ве­ли­кий го­су­дарь царь и ве­ли­кий князь всеа Ве­ли­кия и Малыя Росии са­мо­дер­жец <...>, по­жа­ло­ва­ли есмя наших цар­ско­го ве­ли­че­ства под­дан­ных ___________________, гет­ма­на Вой­ска За­по­рож­ско­го, и пи­са­ря Ивана Вы­гов­ско­го, и судей вой­ско­вых, и пол­ков­ни­ков, и яса­у­лов, и сот­ни­ков, и всё Вой­ско За­по­рож­ское, что он, гет­ман _______________, и всё Вой­ско За­по­рож­ское и веру нам, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, и нашим го­су­дар­ским детем, и на­след­ни­ком на веч­ное под­дан­ство учи­ни­ли. <...>

И мы Вой­ско За­по­рож­ское по­жа­ло­ва­ли ве­ле­ли им быти под нашею цар­ско­го ве­ли­че­ства вы­со­кою рукою по преж­ним их пра­вам и при­ви­ли­ям, ка­ко­вы им даны от ко­ро­лей поль­ских и ве­ли­ких кня­зей ли­тов­ских. И су­дить­ся им ве­ле­ли от своих стар­ших по своим преж­ним пра­вам, а наши цар­ско­го ве­ли­че­ства бояре и во­е­во­ды в те их вой­ско­вые суды всту­пать­ся не будут. А число Вой­ска За­по­рож­ско­го ука­за­ли по их же че­ло­би­тью, учи­нить спис­ко­во­го 60 000, все­гда пол­ное. А буде судом бо­жи­им смерть слу­чит­ца гет­ма­ну, и мы, ве­ли­кий го­су­дарь, по­во­ли­ли Вой­ску За­по­рож­ско­му из­брать гет­ма­на по преж­ним их обы­ча­ем самим меж себя. А кого гет­ма­на из­бе­рут, и о том пи­са­ти к нам, ве­ли­ко­му го­су­да­рю...

Также и име­ней ка­затц­ких и зе­мель, ко­то­рые они имеют для по­жит­ку, от­ни­ма­ти у них не велел, а быть им за ними по-преж­не­му.

А буде ис ко­то­рых по­гра­нич­ных го­су­дарств учнут при­хо­дить в Вой­ско За­по­рож­ское к гет­ма­ну к _______________________ послы о доб­рых делех, и мы, ве­ли­кий го­су­дарь, тех по­слов гет­ма­ну при­ни­мать и от­пус­кать по­во­ли­ли. А ис ко­то­рых го­су­дарств, и о каких делех те послы при­сла­ны, и с чем от­пу­ще­ны будут, и гет­ма­ну о том о всём пи­са­ти к нам, ве­ли­ко­му го­су­да­рю, вско­ре. А с тур­ским сал­та­ном и с поль­ским королём без на­ше­го цар­ско­го ве­ли­че­ства указу ссыл­ки не дер­жать».

От­ве­ты пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние ин­фор­ма­ции из ис­точ­ни­ка, а также при­ме­не­ние ис­то­ри­че­ских зна­ний по курсу ис­то­рии со­от­вет­ству­ю­ще­го пе­ри­о­да.

Из со­бор­но­го при­го­во­ра.

«Июня в 12 день, царь и ве­ли­кий князь всея Руси, с свя­тей­шим Иовом пат­ри­ар­хом всея Руси, и с сыном своим бла­го­род­ным ца­ре­ви­чем кня­зем Фе­о­до­ром, со всем освещённым со­бо­ром и со всем своим цар­ским со­ве­том, видя бо­же­ское на нас, за грехи наша пра­вед­ное не­го­до­ва­ние, как из­вест­ный всем вор, чёрнец, быв­ший сын бо­яр­ский От­ре­пьев, бежав к по­ля­кам, на­звал­ся ца­ре­ви­чем Ди­мит­ри­ем, ко­то­рой, как всем ве­до­мо, скон­чал­ся во граде Уг­ли­че, и по­гребён там; а сей зло­хищ­ный льви­чи­ще пре­льстив ко­ро­ля поль­ско­го и ли­тов­ско­го, и учи­нив за­го­вор с не­ки­ми па­на­ми, дав­ни­ми Рус­ской земле и пра­во­слав­ной нашей хри­сти­ан­ской вере ли­хо­де­я­ми, пришёл в наши укра­и­ные го­ро­да с вой­ском ве­ли­ким, желая по­хи­тить цар­ство Мос­ков­ское и пра­во­слав­ную хри­сти­ан­скую веру ис­тре­бить, а вве­сти про­кля­тую ла­тин­скую пап­скую веру.

Его же по­ве­ле­ва­ем всюду в церк­вах свя­тых и по тор­жи­щам клясть.

Вой­ска же наши весь­ма оску­де­ли: одни пре­льще­ны тем вором, к нему пре­да­лись, иные от дол­го­го сто­я­ния из­ну­ри­лись и домой разо­шлись; мно­гие же люди, имея ве­ли­кие по­ме­стья и вот­чи­ны, служ­бы не слу­жат, ни сами, ни дети их, ни хо­ло­пы, и живут в домах, не за­бо­тясь о ги­бе­ли цар­ства и о свя­той церк­ви.

По­ве­ле­ва­ем, да все пат­ри­ар­шьи, мит­ро­по­ли­чьи, ар­хи­епи­скоп­ские и епи­скоп­ские и мо­на­сты­рей слуги, кто из них годен, под тяж­ким нашим гне­вом и каз­нью вско­ре со­брать­ся, со вся­ким по­спе­ше­ни­ем, с ору­жи­ем и за­па­са­ми и идти в Ка­лу­гу к бо­ярам нашим и во­е­во­дам князю Фёдору Ива­но­ви­чу Мсти­слав­ско­му с то­ва­ри­щи. А оста­нут­ся толь­ко пре­ста­ре­лые и не­мощ­ные».

Про­чти­те от­ры­вок из тек­ста.

«После смер­ти Свя­то­пол­ка Изя­с­ла­ви­ча (князь) со­звал в селе Бе­ре­сто­ве свою дру­жи­ну... и по­ста­но­ви­ли: брать про­цен­ты толь­ко до тре­тье­го пла­те­жа, если за­и­мо­да­вец берёт день­ги "в треть"; если кто возьмёт с долж­ни­ка два (трет­ных) реза, то можно взыс­кать и ос­нов­ную сумму долга; а кто возь­мет три реза, тот не дол­жен тре­бо­вать ос­нов­ную сумму долга...Если же ро­стов­щик взи­ма­ет с долж­ни­ка

по 10 кун за год с грив­ны, то это не за­пре­ща­ет­ся.

Если закуп убе­жит от гос­по­ди­на [не рас­пла­тив­шись с ним за ссуду], то ста­но­вит­ся пол­ным хо­ло­пом; если же он пойдёт ис­кать денег с раз­ре­ше­ния гос­по­ди­на или по­бе­жит к князю и его су­дьям с жа­ло­бой на обиду со сто­ро­ны сво­е­го гос­по­ди­на, то за что его нель­зя де­лать хо­ло­пом, но сле­ду­ет дать ему суд...

Если закуп украдёт что-либо, гос­по­дин может по­сту­пить, с ним по своей воле: либо, после того как за­ку­па пой­ма­ют, за­пла­тит по­тер­пев­ше­му за коня или иное иму­ще­ство, укра­ден­ное за­ку­пом, и пре­вра­тит его в сво­е­го хо­ло­па; либо если гос­под­ни не за­хо­чет рас­пла­чи­вал­ся за за­ку­па, то пусть про­даст его, отдав сна­ча­ла по­тер­пев­ше­му за укра­ден­но­го коня или вола или за товар, оста­ток берёт себе...

Хо­лоп­ство пол­ное тро­я­ко­го вида: если кто купит [по­сту­па­ю­ще­го в хо­ло­пы] до пол­грив­ны в при­сут­ствии сви­де­те­лей [сдел­ки] и но­га­ту [кня­же­ско­му судье] за­пла­тит перед самим хо­ло­пом. А вто­рое хо­лоп­ство кто же­нит­ся на рабе без до­го­во­ра [с её вла­дель­цем], а если с до­го­во­ром [рядом], То как до­го­во­ри­лись, так и будет. А вот тре­тье хо­лоп­ство: кто по­сту­пит в тиуны или н ключ­ни­ки [гос­по­ди­на] без до­го­во­ра с ним, если же с до­го­во­ром, на том и сто­ять...»

От­ве­ты пред­по­ла­га­ют ис­поль­зо­ва­ние ин­фор­ма­ции из ис­точ­ни­ка, а также при­ме­не­ние ис­то­ри­че­ских зна­ний по курсу ис­то­рии со­от­вет­ству­ю­ще­го пе­ри­о­да.

Из со­чи­не­ния со­вре­мен­ни­ка.

«Вернёмся к _________________, ко­ро­но­вав­ше­му­ся царём... и мирно вку­шав­ше­му власть в боль­шем бла­го­ден­ствии, чем любой из его пред­ше­ствен­ни­ков, ка­ко­вой из­ме­нил обыч­ную ма­не­ру, за­клю­чав­шу­ю­ся в том, чтобы вы­слу­ши­вать про­ше­ния и об­ра­ще­ния каж­до­го особо, ибо вме­сто этого он скры­вал­ся, не­ча­сто по­ка­зы­ва­ясь на­ро­ду, и с го­раз­до боль­ши­ми це­ре­мо­ни­я­ми и пре­по­на­ми, чем любой из его пред­ше­ствен­ни­ков. У него были сын... и дочь. Тогда он начал дей­ство­вать с целью по­род­нить­ся с ка­ки­ми-ни­будь чу­же­зем­ны­ми го­су­да­ря­ми, чтобы утвер­дить­ся на цар­ском троне са­мо­му и за­кре­пить его за своим родом. Кроме того, он начал ссы­лать тех, кто был для него по­до­зри­те­лен, и за­клю­чал браки так, по сво­е­му усмот­ре­нию, со­еди­няя свой­ством со своим домом тех, кем на­де­ял­ся вос­поль­зо­вать­ся; и в го­ро­де Москве оста­лось лишь пять или шесть домов, с ко­то­ры­ми он не по­род­нил­ся, а имен­но дом Мсти­слав­ско­го, не­же­на­то­го и имев­ше­го двух сестёр, одна из ко­то­рых вышла за царя Си­мео­на, дру­гую, не­за­муж­нюю, он про­тив её воли сде­лал мо­на­хи­ней и не поз­во­лил ска­зан­но­му Мсти­слав­ско­му же­нить­ся. Затем был дом Шуй­ских, их было три брата; чтобы по­род­нить­ся со ска­зан­ным домом, он выдал за сред­не­го брата по имени Ди­мит­рий сест­ру своей жены, не доз­во­ляя же­нить­ся стар­ше­му, князю Ва­си­лию Ива­но­ви­чу Шуй­ско­му, ныне пра­вя­ще­му в Мос­ко­вии, о ко­то­ром будет про­стран­но рас­ска­за­но позд­нее, из опа­се­ния, чтобы какие-ни­будь дома, со­еди­нив­шись, вме­сте не ока­за­ли бы ему со­про­тив­ле­ния. В конце кон­цов он от­пра­вил в ссыл­ку царя Си­мео­на... же­на­то­го на сест­ре ука­зан­но­го Мсти­слав­ско­го. Когда тот был в ссыл­ке, этот царь ____________ по­слал ему в день сво­е­го рож­де­ния, день, ши­ро­ко празд­ну­е­мый по всей Рос­сии, пись­мо, в ко­то­ром обнадёживал его ско­рым про­ще­ни­ем, и тот, кто до­ста­вил пись­мо вме­сте с од­но­вре­мен­но по­слан­ным ис­пан­ским вином, велел ему и его слуге вы­пить за здо­ро­вье царя, и спу­стя не­мно­го вре­ме­ни они ослеп­ли, а ука­зан­ный царь Си­ме­он и по­ны­не слеп, этот рас­сказ я слы­шал из его соб­ствен­ных уст».